04.05.2007 00:00 Вставить в блог Версия для печати

Екатерина Винокурова: Антонина Федорова: когда даже Президент не сможет помочь.

Тема: НОВГОРОДСКОЕ ДЕЛО Великий Новгород
Историю Антонины Федоровой, думаю, пересказывать еще раз нет смысла: о появлении на свет уголовного дела против молодой матери, чей ребенок упал с лестницы, а соседский мальчик дал показания, на основании которых данный случай сочли покушением на убийство, написано уже немало.

Сейчас Антонина находится в СИЗО. Для тех, кто считает это наименование чем-то синонимическим понятию санаторно-курортной зоны, поясню. Это такое место, где в полутемных помещениях с одним окном, в одной камере может содержаться одновременно до сорока женщин любых национальностей, вероисповеданий, достатка, семейного и общественного положения. Место, где система делает все, чтобы унизить человека, растоптать само человеческое достоинство – по крайней мере, для того, чтобы из этих ворот он никогда не вышел тем, кем был раньше. Место, где от тебя уже ничего не зависит. Место, где не живут, а выживают люди, признанные потенциально опасными для общества.

Ей 22 года. Ее вина не доказана, а дело строится на показаниях 11-летнего мальчика. Сейчас она весит 36 килограмм, и ей отказываются изменить меру пресечения, так как опасаются, что Антонина может оказать давление на ход следствия. Конечно, этого можно было бы ожидать от закоренелой преступницы.

И есть всего одно маленькое «но»:

Ее вина еще не доказана. Понимаете?

Одна из неприятных особенностей российской реальности состоит в том, что принято называть «патриархальной традицией». Простым языком говоря, это означает, что региональная власть – это царь, Бог, прокурор и судья в одном лице. И никакие демократические преобразования последних почти двадцати лет не убедят новых удельных князей в обратном.

Как показали последние события, жителей своего имения размером с небольшую европейскую страну, эти люди тоже считают своей собственностью. Хотя нет… собственность бывает хотя бы живая и неживая. На региональном же уровне для властей люди, как правило, являются инструментом. И отношение к ним – соответствующе.

И для каких же целей нужны эти инструменты?
Попробуем разобраться.

Знаете, что больше всего волнует этих новоявленных собственников провинций? Правильно, не потерять власть. А что для этого необходимо?

Во-первых, следовать заветам Президента, которые каждый год зачитываются нам в Послании Федеральному Собранию.

Во-вторых, не дать населению забыть, кто в области хозяин, и держать власть твердой рукой. Это, как известно, невозможно без «периодических актов устрашения» (так написал бы либеральный правозащитник на моем месте), то есть без демонстрации силы и твердой воли на конкретных наглядных примерах.

Уже ясно, что дело Антонины прямо соответствует выполнению обеих этих задач: и год Семьи отметим, и характер лишний раз покажем.

В принципе, если бы случай Тони был единичным, можно было бы возмущаться. Но, к сожалению, Тоня – не просто наглядное пособие для всех жителей области. Тоня – вообще стала наглядным пособием для тех, кто еще не в курсе, что происходит с людьми, которые случайно оказываются на перекрестке интересов удельных князьков, которым плевать на любые международные конвенции и престиж страны, но не плевать на то, как на них посмотрят «правильные пацаны».

Очевидно, что дело трещит по швам. Для того чтобы освободить любого человека, усилий, предпринятых адвокатом, родственниками и обществом, было бы уже более чем достаточно. Но вот для того, чтобы высвободить из рук сильных мира сего – безнадежно мало. Потому что если не дожать Тоню, то власть окажется слабой. Потому что любое проявление человечности – это и есть слабость.

Сейчас к делу освобождения Антонины подключились представители, так называемого строящегося гражданского общества, представители Общественной Палаты при Президенте РФ. То есть федеральная организация, напрямую связанная с «самим».

И что же? Все последние недели региональные власти пытаются от ОП попросту отмахнуться. Хорошо, хоть в маргиналы и агенты вражеской разведки еще не записали. А все почему?

Да потому что, если бы тот же Алексей Чадаев приехал на бронированной машине с толпой автоматчиков, небрежно махнул бордовой с золотом (я почему-то так представляю) корочкой на пороге городской администрации и ленивым командирским тоном «посоветовал» дело закрыть, а Тоню – выпустить – такой ход наверняка бы имел шансы на успех.

Но именно в этот раз ОП действует явно без всякого щучьего веления и чьего-то хотения «сверху», а играет по всем правилам гражданского общества.

И получается, что никакое федеральное значение Общественной Палаты, никакие личные прошлые и будущие заслуги того же Валерия Ганичева, одного из первых вступившегося за Антонину, для региональных властей значения не имеют. И заступничество федеральных организаций, напрямую связанных с федеральной же властью, имеет куда меньший вес, чем, например, мнение крупного местного «экономического сообщества» (назовем его так, не «бандитами» же называть, обидятся). Ведь «авторитетные предприниматели» уже вступались за «своих»: сколько криминальных дел последних лет лежат «под сукном» в Великом Новгороде?

Фактически, главное, что сумели сделать представители ОП – снять прямой прессинг с семьи Тони и постепенно вывести эту историю на федеральный уровень и связать судьбу одного человека с судьбой целой страны.

Вот, например, скоро у нас возобновляются переговоры между Россией и ЕС по соглашению о партнерстве и сотрудничестве. И то, что российская сторона будет доказывать свою принадлежность к цивилизованному миру, на фоне такого скандала, уверена, доставит немало неприятных минут дипломатам.

Местным князькам и местным «бизнесменам» ЕС не нужен. ЕС нужен России – но этим и Россия-то не нужна. И в Евросоюз стремиться незачем, потому что еще, не дай Бог, установят четкие и прозрачные механизмы игры, понаедут проверяющие, начнут плести про ценность человеческой жизни – нет, это не для нашей удельно-патриархальной страны. Нам и на троне сидеть неплохо, куда нам евроремонт еще девать? Ну и что, что этого почему-то все остальные хотят. Мы ведь элита, и другой мы не допустим.

Хорошо, что им нужна хотя бы поддержка федеральной власти, которую они всем этим делом тривиально (и очень подло) подставили. Это значит, что для Антонины надежда есть. И, как ни странно, победа над этой порочной системой будет не победой федералов над регионалами. Изменение меры пресечения Федоровой до суда станет, прежде всего, победой действия механизмов гражданского общества над холуйско-бандитской природой «внутриэлитных взаимоотношений» между представителями одного из регионов нашей страны..