RSS Каналы
ЛЕТОПИСИ
ЛИЦА
ОТ РЕДАКЦИИ
АВТОРЫ
ТЕМЫ
ПОИСК
О ПРОЕКТЕ
КОНТАКТЫ
Новые Хроники
18
декабря
 
 
 
Лица
 
Дата 02.09.2010 12:53 Вставить в блог Версия для печати

Саид Гафуров, Дарья Митина: Лютый против Пуделя


«Наши действия не направлены против мирного процесса в Непале. Они должны напомнить населению о необходимости создания подлинного федерализма и укреплении республиканской системы».
Пушпа Камал Дахал Прачанда


В Непале продолжается политический кризис - Учредительное собрание даже с пятой попытки не смогло сформировать правительство. В пятом туре выборов приняли участие кандидат от Коммунистической партии Непала (маоистской) Пушпа Камал Дахал (известный по партийному псевдониму Прачанда, что в переводе на русский язык означает «лютый») и заместитель председателя партии Непальский Конгресс (НК) Рэм Чандра Пудель. Кандидат от Коммунистической партии Непала (объединенной марксистско-ленинской) отказался от борьбы.

30 июня премьер-министр Непала от КПН (ом-л) Мадхав Кумар Непал был вынужден подать в отставку и стал временно исполняющим обязанности главы правительства. В течение последних недель в Непале было проведено 5 туров выборов премьер-министра, однако, поскольку ни один из кандидатов не набрал более половины голосов, премьер-министр не был избран. В соответствии с нормативами временного конституционного законодательства Непала, премьер- министром может стать лишь кандидат, набравший более половины голосов. Однако временная конституция не предоставляет никаких способов формирования правительства в случае неудачного завершения выборов премьер-министра. Это также осложняет выход из кризиса.

Более глубокий, политический и конституционный кризис был предотвращен в Непале весной 2010 года, когда три крупнейшие фракции – Коммунистическая партия Непала (маоистская), Непальский конгресс (НК) и Коммунистическая партия Непала (объединенная марскистско-ленинская) все-таки согласились продлить срок действия Учредительного собрания на один год. Кроме этих трех партий в УС представлены и организации мадхеси - группы народностей, говорящих на диалектах, близких к хинди, которые традиционно жаловались на притеснения и гнет со стороны непальцев. У них в УС около 84 голосов.

Выходец из образованных брахманских слоев, пятидесятипятилетний маоист Прачанда, лидер компартии, чья политическая и вооруженная борьба сыграла решающую роль в падении непальской монархии, год назад подавший в отставку с поста премьер-министра из-за конфликта с Президентом страны Ядавом, сейчас может сформировать правительство большинства, если партии мадхеси с 82 депутатами его поддержат. Рам Чандра Пудель из НК нуждается в поддержке как Объединенных марксистов-ленинцев, так и мадхеси, чтобы добиться большинства в 301 голос, которое будет, по сути, продолжением предыдущего правительства антимаоистской коалиции под новым руководством.

Корни нынешнего кризиса можно проследить в глубоком дефиците доверия между маоистами и немаоистами по конкретным вопросам и личностным противоречиям, в разногласиях внутри партий, в сложной парламентской арифметике, где ни одна партия не имеет большинства, в болезненном отношении Индии к маоистской идеологии, и, наконец, в сложной борьбе за рынки Непала между Индией и КНР. Важно понимать, что как индийская, так и китайская внешняя политика является результирующей от усилий множества самых разнообразных сил, имеющих часто противоположные интересы, и эта подковерная внутренняя борьба за влияние на внешнюю политику бывает очень жесткой. Она должна быть предметом анализа для лучшего понимания того, что происходит, и того, что может произойти.

После первых парламентских выборов в Учредительное собрание, которые прошли в Непале в 2008 году, парламент своим первым решением упразднил монархию и провозгласил в стране республику. Главной задачей Учредительного собрания была объявлена разработка новой конституции. Из-за противоречий между основными партиями вокруг распределения властных полномочий ее проект до сих пор не был подготовлен.

Во временной конституции, принятой после свержения монархии, предполагалось, что срок полномочий Учредительного собрания истекает 28 мая 2010 года, так как считалось, что двух лет будет достаточно, чтобы написать новую конституцию. В свете бесконечных конфликтов между большой тройкой партий эта цель оказалась недостижимой. Нет, впрочем, и гарантий, что новый срок, о котором смогли договориться три партии – 2011 год - принесет стране конституцию и парламент.

Правительство маоистов в Непале было сформировано в апреле 2008 года, после свержения монархии и провозглашения республики. Маоистская партия, которая до того вела вооруженную борьбу с властями, образовала в конституционной ассамблее крупнейшую фракцию. Лидер маоистов Прачанда был избран премьер-министром страны. Маоисты получили 40% процентов, но этого было недостаточно, чтобы навязать свою волю по всем вопросам, поэтому они заручились поддержкой мадхеси.

Противостояние между маоистским правительством под руководством Прачанды и высшим командованием армии Непала в 2009 году привело к отставке Прачанды с поста премьер-министра из-за конфликта с Президентом по кадровому вопросу - увольнению главнокомандующего Вооруженных сил страны. В индийском истеблишменте и в Непале принято считать, что за этим конфликтом стояла Индия. Индийские политики, дипломаты и чиновники сумели расколоть Мадхеси Джандхика Форум, выведя из его состава группу, категорически выступающую против правительства Прачанды.

С помощью раскольников в МДФ оппозиция набрала достаточно голосов, чтобы сформировать коалицию во главе с Объединенными марксистами-ленинцами, премьер-министром стал Мадхав Кумар Непал, но не смогла разработать конституцию (и вряд ли сможет сделать это к 2011 году без кардинального изменения баланса политических сил, который маловероятен).

Год премьерства Мадхава Кумара Непала, правительство которого Индия поддерживала безоговорочно, фактически был потерянным годом. Индия надеялась на раскол в рядах маоистов, на постепенное снижение их поддержки, на рост влияния бывшей оппозиции, но напрасно. Маоисты уже сами стали мейнстримом непальской политики, улица идет за ними, и их авторитет только растет.

Сейчас достигнутое большой тройкой партий соглашение предусматривает продление полномочий Конституционной ассамблеи для разработки и принятия конституции при условии формирования "в кратчайшие сроки... правительства национального консенсуса". Очевидно, что получившая больше всех голосов на выборах КПН(м) должна быть руководителем правительства национального консенсуса, но это вовсе не значит, что бывшие повстанцы не обязаны выполнять все свои предвыборные обязательства и обещания.

Основной проблемой при формировании такого правительства является отсутствие доверия партий, поддержавших предыдущее правительство, к маоистам, располагающим большой и организованной народной поддержкой и собственными вооруженными отрядами. Если в части отказа от вооруженного вмешательства в политические процессы, КПН(м) свои обещания сдерживает, то в социальной сфере предыдущее правительство постоянно обвиняло маоистов в отказе от выполнения своих обещаний, например, в части возвращения крупным земельным собственникам их владений, захваченных и поделенных безземельными сторонниками КПН(м) в ходе вооруженной борьбы.

Непальский конгресс и Объединенные марксисты-ленинцы, отравленные внутренними раздорами, оказались не в состоянии обеспечить себе поддержку на низовом уровне. Проигрывая маоистам борьбу за массы, они пытаются усилиться за счет поддержки Индии, лоббируя за это ее интересы, и блока со старым истеблишментом, еще королевских силовых ведомств (как армии, так и служб безопасности), доставшимися в наследство Республике от монархии. Изоляция крупнейшей по величине партии в стране только создает ситуацию двоевластия на местах и усиливает общую нестабильность. Для свержения правительства Непала КПН(м) смогла организовать всеобщую забастовку и полностью парализовать жизнь в Катманду.

На этих выборах Индия попала в расставленную ее самой ловушку. Глубокие расхождения во взглядах в КПИ(ом-л) обесценивают индийские усилия по обеспечению договоренности, аналогичной прошлогодней. Правая фракция объединенных марксистов-ленинцев во главе с К.П. Оли исторически разделяет глубокую неприязнь к маоистам, но группировка официального лидера партии Джаланата Ханала убеждена, что только согласование позиций с маоистами позволит Конституционной ассамблее закончить свою работу.

Как результат, КПН(ом-л) приняла решение, что возглавит правительство, только если сумеет гарантировать себе поддержку квалифицированного большинства - 2/3 депутатов, что очевидно невозможно без поддержки КПН(м) при том, что у маоистов 40% голосов. Очевидно, что на период до завершения деятельности ассамблеи наиболее перспективным выглядит коалиционное правительство во главе с Кханалом и участием как КПН(м), так и НК.

Однако маоисты считают себя обманутыми, их путем интриг отстранили от власти, несмотря на то, что их фракция по-прежнему крупнейшая в парламенте. Они утверждают, что их противники нашли себе союзников в армии Непала и внешних силах (прежде всего, Индии).

Важным моментом является проблема предусмотренной временной конституцией интеграции маоистской Народно-освободительной армии Непала в вооруженные силы страны. НК и КПН(ом-л), а равно и правительство Индии рассматривают маоистов как «повстанцев» при том, что от 5 до 8 тысяч бойцов НОА находятся в казармах под контролем миротворцев ООН. Маоисты не доверяют доброй воле своих оппонентов, они утверждают, что реальный роспуск отрядов НОА и принятие конституции должны происходить одновременно, они боятся, что другие партии могут отступить от данных обещаний прогрессивной конституции, если у маоистов не будет сил принудить их соблюдать договоренности.

Проблема интеграции Народно-освободительной армии в единые вооруженные силы Непала порождает заколдованный круг – она может быть решена только при наличии консенсуса, но его-то и нет, а его отсутствие как раз и объявляется нерешенностью проблемы интеграции НОА. Маоисты указывают на свое участие в выборах и конституционном процессе, а также на то, что отряды НОА находятся в казармах, как очевидное доказательство приверженности делу мира и демократии.

Дефицит доверия между маоистами и их противниками осложняется расколами в партиях. Маоисты страдают от идеологического кризиса, когда «прагматическая» фракция считает, что партия должна стремиться к тому, чтобы «сохранить существующие достижения», а жесткая фракция продолжает настаивать на генеральной цели – создании народной республики. Персональный фактор тоже присутствует: с подачи индийцев, Председатель партии Пушпа Камал Дахал «Прачанда» и его старый товарищ, д-р Бабурам Бхаттараи теперь называются конкурентами, претендующими на руководство правительством. Именно индийские чиновники дали неофициально понять, что они предпочли бы видеть во главе правительства д-ра Бабурам Бхаттараи как более прагматичного лидера. Раскол в маоистской партии был бы желаемой индийской стороной перспективой, но пока оказался целью недостижимой.

Со своей стороны, НК и КПН(ом-л) погрязли в пучине идеологического и личностного соперничества. КПН(ом-л) раскалываются между сторонниками «про-левой» фракции Кханала и «про-демокартической» фракцией Оли, нет единства и среди мадхеси.

В этих условиях решающей становится категорически антимаоистская позиция Индии. За прошедший год вся политика Индии в Непале была направлена на изоляцию маоистов в политическом плане.

Индийское руководство давит всеми доступными ей силами, например, выход изданий одной из крупнейших газетных групп в Непале «Кантипур», известной резко критической позицией по отношению к позиции Индии по Непалу, оказался под угрозой из-за задержки газетной бумаги на таможне в Калькутте. Однако, проблема была решена после того, как редакции газеты согласились в ходе встреч с индийскими официальными лицами посольства принять более «конструктивную» редакционную позицию.

По сведениям индийской прессы, сотрудник индийской миссии в Катманду звонил члену Учредительного собрания Непала в преддверии четвертого раунда голосования в УС с угрозой отменить предварительно согласованный прием его дочери в посольскую школу, если тот не проголосует нужным образом. Дело в том, что при существующем балансе мадхеси фактически получили возможность «делать королей», но при этом среди депутатов мадхеси явно намечался массовый сдвиг в сторону поддержки заявляющих о своем интернационализме маоистов.

Чтобы справиться с индийской оппозицией, Прачанда принял двойную стратегию. В частном порядке он попытался успокоить Индию в части своей приверженности демократии, убеждал, что будет уважать ключевые интересы Индии в Непале. Он неофициально встречался с индийскими чиновниками во время саммита в Лондоне.

В то же самое время, Прачанда публично обвинил Индию в падении его правительства, заявил, что маоисты никогда не будут следовать индийскому диктату, мрачно намекнул, что Индия повинна в гибели лидера объединенных марксистов-ленинцев Мадана Бхандари в начале 90-х в автокатастрофе, и отметил, что Индия была важнейшей подпоркой правительства Мадхава Непала. Такие заявления, ясное дело, не принесли Прачанде новых друзей в индийском истеблишменте.

Дели пытается использовать свое влияние на КПН(ом-л) и мадхеси, чтобы заблокировать возможность участия в правительстве маоистов в целом и Прачанды в частности.

Позиция Индии, в которой угроза восстания местных маоистов-наксалитов (подробнее см. нашу статью «Индийская махновщина, или битва за Лалгарх») объявлена главой государства самой большой опасностью существования страны, объясняется не только и не столько идеологической близостью КПН(м) с индийскими повстанцами. На самом деле, после свержения монархии в Непале КПН(м) и Коммунистическая партия Индии (маоистская) обменялись открытыми письмами (это не считая скрытого для внешнего взгляда обмена мнениями), в которых осудили позицию друг друга.

Более важным представляется именно внешнеполитический и внешнеэкономический факторы – борьба за Непал и его рынки. Сближение с Китаем, когда Прачанда был премьер-министром, вызывало опасения у индийского истеблишмента. И именно поэтому Индия играла активную роль в блокировании попытки маоистов уволить главнокомандующего, что привело к падению правительства Прачанды, и помогла формированию правительства Мадхава Непала.

Конечно, индийские власти отрицают обвинения, выдвинутые членом УС Рамом Кумаром Шармой, но вряд ли кто-нибудь в Непале не верит, что это правда. Оставляя в стороне моральную и дипломатическую сторону таких угроз, более важным представляется сам факт подобного провала индийской политики, ранее чувствующей себя вольготно в кулуарах политической жизни Катманду.

Индийские и китайские производственные компании бьются за рынки азиатских стран и за инвестиции из стран развитых. Индия видит в попытках Китая расширить свое влияние в бассейне Индийского океана вторжение в свою традиционную сферу влияния. Это стало особенно заметным в жесточайшей конкуренции, не только политической, но и экономической, в Непале, где в период короткого правления маоистов резко выросло влияние Народного Китая за счет сокращения влияния Индии. Непал посетил ряд китайских делегаций на высоком уровне, КНР предлагала щедрую финансово-экономическую помощь и программы развития маоистским руководителям гималайского государства.

Китай остается крупнейшим торговым партнером Индии, а Индия в списке партнеров КНР входит в первую десятку. Глобальный финансовый кризис вызвал спад в промышленном производстве и экспорте, но по-прежнему рынки Китая и Индии в совокупности превосходят любые другие. Кроме того, внутренний спрос на этих рынках не сокращается, как в развитых странах, а продолжает расти и не только потому, что население этих двух стран составляет 40% мирового, но и за счет вовлечения все новых и новых слоев населения в товарную экономику.

С другой стороны, Индия, терзаемая неразрешимыми политическими проблемами в Кашмире, экономическим кризисом, захватывающим все новые и новые территории повстанческим маоистским движением, контролирующем уже почти треть территории страны, религиозным терроризмом, как индусским, так и мусульманским, нуждается в успехе в Непале. В прошлом Индия всегда имела возможность работать за кулисами с широким набором игроков с целью получения политических результатов, которые в целом шли на пользу обеим странам. Сегодня это уже не так. Но важно помнить, что существуют исторические культурные связи между непальцами и тибетцами, а в КНР строят планы по окончательному урегулированию тибетского вопроса после кончины нынешнего Далай-ламы.

Можно надеяться, что политика в Непале в войну не перерастет. А продлят ли действующие депутаты Учредительного собрания и в 2011 году свои полномочия с зарплатами и бонусами, так это не так уж и важно, когда речь идет о соглашении двух гигантов азиатской политики…


Обсуждение (высказываний: 0)   

Историческая память: Newland.ru:
Презентация научного издания Фонда – «Журнала российских и восточноевропейских исторических исследований»
«Советские депортации из Прибалтики не носили этнический характер» - интервью директора Фонда "Историческая память" А.Дюкова
Издательство "РОССПЭН" выпускает в свет монографию германского историка Фрица Фишера "Рывок к мировому господству. Политика военных целей кайзеровской Германии в 1914-1918 гг.".
Международный научный семинар «Сожженные деревни: изучение нацистских карательных операций в России и Беларуси»еждународный научный семинар «Сожженные деревни: изучение нацистских карательных операций в России и Беларуси»
Первый том полнотекстовой научной публикацией дневников «музы блокадного Ленинграда», поэтессы О.Ф. Берггольц.
Международная научная конференция «Мировые войны XX века в исторической памяти России и Беларуси»
 






 


Опрос

Когда Россия выйдет из кризиса?
До конца 2015-го
В первой половине 2016-го
Во второй половине 2016-го
В 2017-м или позднее

Лучшие материалы
Наталья Андросенко:
Что они хотят, то они и построят
Егор Холмогоров:
«Мельница». Введение в миф
Ссылки
МаркетГид
Rambler's Top100
 
 
Copyright © 2006—2018 «Новые Хроники»