23.02.2007 00:00 Вставить в блог Версия для печати

Татьяна Каминская: Еда как постмодернистская проблема

Тема: ОБЩЕСТВО
Лектор рассказывал о необходимости научиться жить в современном постоянно меняющемся мире с его постмодернистским сознанием. Про то, что «как» стало уже совсем почти важнее, чем «что», про заслонившую мораль эстетику. Лектор был московская знаменитость, и его предполагалось кормить в ресторане. Эта мысль потянула за собой сочувствие к организаторам: приемлемый ужин в содержательном и эстетическом смыслах в провинции - задачка не из легких. Впрочем, как и обед.

То есть я вообще-то о еде. Еде как эстетике, стоимости, еде как идеологии и образе жизни, энергетической ценности и времяпрепровождении, а также о том, что я люблю поесть. Каждые три часа. В этом смысле театры и совещания, автобусные экскурсии и лекции, свои и чужие – все то, что может длиться дольше - для меня тяжелое испытание.

Кстати о еде в театре. В антракте февральской премьеры Новгородского драмтеатра молоденькие девочки торговали бутербродами. Маленькие горки красной икры стыдливо притулились на кусках продукции местного хлебокомбината. Тоскливо оглядывая батарею поллитровок водки, настоек и наливок, зрители без особой надежды спрашивали про вино.

Сомнительной чистоты руки и абсолютное отсутствие представления о разнице между видами спиртного выдавали в бойких продавщицах выпускниц, возможно, строительного лицея.
Ошибся тот читатель, который подумал, что этот текст – критика администрации культурного учреждения или ностальгия по юношеским походам в Мариинку с их пахнущим дорогим ликером и вишнями в шоколаде антрактами. Всяческую ностальгию по прошлому я презираю, а сейчас просто готовлюсь к своему пребыванию в аду, мысленно и действиями.

Там меня заставят с 8 до 17 выдавать однотипные справки разъяренным тетенькам из очереди об отсутствии задолженности по оплате, с одним перерывом на обед. Обедать разрешат все время в разных местах, но только на новгородский выбор.

Сначала я выберу то заведение, что напротив театра, где почему-то пахнет, как в лифте нашего подъезда воскресным утром после возвращения подростков с ночных дискотек. Потом смогу выбрать один китайский ресторан с желтыми разводами на скатертях и хмурыми официантками. Возможно, разрешат разок сходить и в какое-то из пары совсем уже приличных местечек, но денег будет ровно столько, чтобы только выпить водки: вино от 800 рублей за бутылку и свежевыжатый сок для постмодернистов в аду не предусмотрены.

За любые малейшие промашки предстоит много дней подряд обедать в университетских буфетах и столовых, ассортимент которых будет все тот же, как последние 12 лет, а обслуживающий персонал все так же будет пародировать женские роли Дмитрия Нагиева.
И так далее, по кругу, следует наказывать проклятое постмодернистское эстетство с его опорой на изменчивость мира. Российский мир, особенно в части его питания, почти неизменен. А самое трагически неизменное в этой части для меня – трудности с поисками партнера по еде.

Людей, которые ходят в кафе и рестораны не выпендриться перед барышнями широтой души, не показать новый маникюр и отметить дату, не «снять» девушку на ночку или обсудить сделку, а просто поесть, я знаю очень мало. Наверное, трех. Но привыкать к постмодернизму посредством обедов и ужинов совместно нам приходится редко, да и то не в провинции.

Зачем же тогда нажимать на кнопки клавиатуры, если просто можно этому позорному меньшинству перестроиться, привыкнув к стоическому одноразовому вечернему потреблению собственноручной еды? Или зачеркнув свои эстетские замашки, с энтузиазмом варить в офисном чайнике картошку в мундирах?

А затем, что это нам, возможно, еще предстоит делать в упомянутом месте. А на этом свете хотелось бы поверить лектору. Поверить в саму возможность постоянно меняющегося мира, в котором эстетика важнее всего даже в политике. И где поэтому есть еще шанс уговорить коллегу с соседней кафедры пойти в ресторан просто пообедать, с неугасающей надеждой попасть-таки в хороший ресторан..