RSS Каналы
ЛЕТОПИСИ
ЛИЦА
ОТ РЕДАКЦИИ
АВТОРЫ
ТЕМЫ
ПОИСК
О ПРОЕКТЕ
КОНТАКТЫ
Новые Хроники
17
декабря
 
 
 
От редакции
 
Дата 10.04.2008 00:00 Вставить в блог Версия для печати

О МОНАРХИИ

Тема: ЗАПИСКИ ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА
Пока одни обсуждают восстановление смертной казни, другие – установление кастрации, я подумываю о том не стоит ли восстановить телесные наказания. И ввести их для начала для водителей огромных грузовиков пригоняющих свои тачанки под выходящие на небольшой московский переулок окна… в два часа ночи. Грузовик протарахтел на полную мощность ровно столько, сколько понадобилось, чтобы помешать мне заснуть (а варвары, придумавшие два раза в год переводить часы не подумали почему-то что совсем собьют мне режим сна) и, тихо проклиная грузовики и их хозяев, я полночи не знал куда себя девать.

Это было тем более обидно, что исчез всякий шанс придти на замечательную конференцию «Монархия в современной россии: Возможность? Необходимость? Неизбежность?» организованную в рамках «Екатеринбургской инициативы». А ведь обещал я Виталию Аверьянову, да еще и радовался, что конференция в три часа дня, так что проспать её шансов нет. Но, спасибо грузовику, – в три я еле продрал глаза. И все что могу – это написать о монархии здесь.

Монархистов принято представлять себе дядьками с всклокоченной бородой и сальными волосами, вполне соответствующих образу нарисованному кумиром питерской интеллигенции: «у меня в душе Жар-Птица и тоска по Государю». Такие, конечно, тоже есть, хотя большинство монархистов – это интеллигентные, образованные рафинированные люди, любящие рассуждать о пользе монархии и… о том, что подходящего монарха сейчас нет, а когда Бог спустит нового – неизвестно.

Вся эта рафинированность, конечно, имеет очень малое отношение к монархии как историческому феномену и как идее. Монархия не «спускается с неба», даже самая «небесная» и возвышенная в последующих представлениях, а родится на земле. И зачинается она так же, как родится все земное, - в поте, крови, с судорогами и криками. А уж потом одни родившиеся развиваются в прекрасных гармоничных младенцев, другие в зашуганных ботаников, а третьи в наглых гопников. К монархии нужно относиться проще и практичней, и именно тогда на нее снизойдет Божие благословение.

В каком-то смысле любой мало-мальски понимающий в политике и знающий историю человек — стихийный монархист. Просто потому, что «многовластие» противоречит элементарному здравому смыслу. Когда идет все тихо и гладко – власть особо и не нужна, как не нужен регулировщик на переходе, оборудованном светофором. Но вот если в городе начинается транспортный коллапс или светофоры ломаются – тогда самое глупое – это ставить на перекресток по нескольку регулировщиков. Даже если они будут синхронно показывать одно и то же – все равно люди запутаются. Поэтому формула Гомера «нехорошо многовластье, да будет единый властитель» является универсальной формулой любого нормального устройства государства. Там, где монархия, сменяется «полиархией», начинаются многочисленные недоумения.

Однако монархизм — это не просто власть одного начальника. Это очень хорошо понимали, например, в древнем Риме. Римляне ненавидели монархию после свержения древних rex, ненавидели настолько, что при слове «царь» полагалось плевать. Они создали совершенную государственную систему, исключавшую единовластие – два консула, сенат, три народных собрания, множество религиозных и светских магистратов. Однако и они понимали, что в минуту опасности государству необходима чрезвычайная власть и создали институт «диктатуры». Когда на короткий срок полнота власти в республике передавалась одному лицу. Но римляне понимали, что диктатор – это не монарх, поскольку государственный суверенитет принадлежит сенату и народу римскому. И даже когда в Риме возникла империя – все равно суверенитет еще долгие столетия считался народным, лишь постепенно в народе римском, а затем византийском развивалась идея богопоставленности императора, власти данной свыше.

И вот здесь-то мы и сталкиваемся с главным противоречием русского монархизма. Россия как исторический организм развивалась совершенно иначе. Она выросла из идеи несомненности и абсолютности суверенитета государя, из идеи государства как расширенной вотчины московских князей. Понятно, что права вотчинника-землевладельца на своей земле – абсолютны или почти абсолютны. Тем более если учесть, что в истории русской монархии они были подкреплены благословением церкви и «публичной» властью над всеми русскими княжествами, представленной московским князьям Золотой Ордой.

В итоге русская монархическая власть развивалась как абсолютно независимая от народного волеизъявления в смысле своего суверенитета. Не как «антинародная», не как отчужденная от народа, а именно как независимая от «низшего». Русская властная пирамида выстраивалась не снизу вверх, как у большинства других народов, а сверху вниз. Не сначала народ, а потом династия и государство, а сначала династия и государство, пусть и небольшое, а затем уже народ, нация, великая империя, множество чинов, сословий и областей. Даже когда на рубеже XVI-XVII столетий династия потомков Ивана Калиты пресеклась, все равно народное сознание эпохи Смуты искало «природного царя» и никому даже не приходило в голову (как выдумали позднее «народные монархисты), что это нация «выдвигает» царей из своей среды.

И вот проблема русского «монархизма после монархии» — именно в том, чтобы как-то решить не проблему власти, а проблему суверенитета, в условиях, когда суверенитет всеми решениями, конституцией и пропагандой спущен вниз, демократизирован. На словах, конечно, не на деле. На деле кому принадлежит суверенитет в России мы просто так и не знаем. Народу? Не смешите мои тапочки и народные тоже. Народ не только не осуществляет суверенитета, но, увы, и не чувствует его. Сейчас он его не чувствует даже в местных делах, где он был при монархии, особенно московской, полным хозяином. Чиновникам? Им принадлежит власть. Власть по беспределу, но не суверенитет. Они вообще не знают, что такое суверенитет. Президенту? Но президенты уходят на «дембель», а суверен, как понимаете, «дембельнуться» не может.

И в строительстве суверенитета современной России, если начинать его обдумывать (чаще всего, конечно, об этом никто просто не думает), сталкиваются две возможных концепции. Концепция «суверенитета снизу» и концепция «суверенитета сверху». Причем и в том и в другом случае речь идет не о «форме», а о «смысле» власти.

Сторонники «суверенитета снизу», а это и многие националисты, и левые, и немногочисленные честные «демократы» и «либералы» предлагают принять фиукцию народного суверенитета, прописанную в ленинских, сталинских, брежневских и ельцинских конституциях как реальность и начать приводить реальность в соответствии с ней. Народ, или Нация, или Гражданское Общество, должен сам решать свою судьбу, а власть должна быть приводным ремнем этого исторического движения народа.

При всей симпатичности этой концепции, при всей понятности её нашему нынешнему сознанию, она грешит некоторым утопизмом. Утопизмом в том пункте, что предполагает перестройку основ русской государственности почти с нуля. Дело быть может и нужное, но всяко непростое и требующее какого-то немыслимого напряжения национальных сил. Да и чем закончится — непонятно. Велика опасность, что закончится фикцией народоправства при реальности диктатуры той или иной олигархической группы, наподобие ЦК КПСС, семибанкирщины или кого еще.

Прямо противоположный путь — восстанавливать суверенитет так, как он исторически в России существовал, привести «бумажки» в соответствие с историей и строить суверенную русскую государственность «сверху». Это тоже, как ни странно, довольно мало зависит от «формы правления».

Например, можно объявить, что в России существует небесная монархия во главе со взятым на небо Государем. Вся власть осуществляется только его именем, а сам Государь до известного момента отсутствует и в своё время явит своего наследника. А правит или государственный Регент (а ля наш президент), или имперский совет, или какое-то еще душеполезное учреждение.

Такая схема, при всей её фэнтезийности, как ни странно гораздо больше подходит для разрешения проблемы русской монархии, чем, например «всенародное избрание государя» если в это всенародное избрание будет включаться идея «передачи народного суверенитета». Никакой существенной разницы между всенародным президентом и всенародным монархом при реализации этой «народнической» концепции заключаться не будет.

А народническая концепция ущербна именно тем, что в русской монархии всегда было и навсегда останется нечто большее, чем просто единовластие, в русской нации всегда будет нечто большее, чем результат этногенеза. Если угодно, в отличие от наций американской, французской или китайской русские не могут поголовным референдумом распустить себя как нацию и отменить, поскольку это скорее мы созданы ею как русские, а не она создана нами. И распустить свое государство даже поименным всеобщим голосованием мы точно так же не сможем, даже если очень захотим.

А значит русская монархия остается актуальной жизненной проблемой и, в этом смысле, неизбежностью. Здоровый и гармоничный суверенитет в России это только суверенитет понимаемый сверху вниз. И его-то и надо установить. Причем выбор у нас небольшой. Либо мы признаем, что нами правит Бог, либо рвущиеся к реваншу люди 90-х опять навяжут текущей власти, а значит и нам идею, что нами правит Запад. Ведь именно Запад, в условиях фикции «народного суверенитета» был, де факто, признан нашим сувереном. И если мы отказываемся от своего собственного «верха» тот этот верх сам неизменно приходит оттуда, где закатывается Солнце.

Извините, что сумбурно. Когда грузовик не дает спать – это правда очень неприятно.


Обсуждение (высказываний: 4)   

Статьи на тему:
НАСЛЕДНИКИ ЕЛЬЦИНА
Десять лет национальной революции
АНГЕЛЫ И ДЕМОНЫ
Барселонские заметки-4. Фабрика смыслов
К.Н. Леонтьев как идеал и орудие чиновной содомии
Улыбка машет котом

Русский Обозреватель: Newland.ru:
Сирийская группировка освободила русского блогера-путешественника, захваченного три года назад
В Казани разберут национальные конфликты и профилактику экстремизма
Как я баллотировал Онотоле
Зачем нам этот Brexit?
Загнанных пуделей пристреливают, не правда ли?
В Турции арестовали 11 россиян, подозреваемых в организации теракта в Стамбуле
 






 


Опрос

Когда Россия выйдет из кризиса?
До конца 2015-го
В первой половине 2016-го
Во второй половине 2016-го
В 2017-м или позднее

Лучшие материалы
Наталья Андросенко:
Что они хотят, то они и построят
Егор Холмогоров:
«Мельница». Введение в миф
Ссылки
МаркетГид
Rambler's Top100
 
 
Copyright © 2006—2017 «Новые Хроники»